Компания из Арабских Эмиратов требует у Ростовского электрометаллургического завода почти 2 млн долларов

Фирма из ОАЭ собирается взыскать 1,5 миллиона долларов основного долга и 86 тысяч долларов убытков.

История компании из Арабских Эмиратов и Ростовского электрометаллургического завода началась еще в 2016 году. Фирма CCS TRADE DMCC заключила с донским заводом, базирующимся в городе Шахты, договор на поставку металлоконструкций. Судя по всему, продукцию компания из ОАЭ не получила и обратилась в Арбитражный суд с иском к Ростовскому электрометаллургическому заводу.

Фирма требует взыскать с донского предприятия задолженность в размере 1 миллион 597 тысяч долларов США, а также убытки в размере 86 310 долларов США.

Судебное заседание назначили на 20 января 2020 года.

Ранее Арбитражный суд Ростовской области удовлетворил иск Samsung C&T Corporation к РЭМЗ в полном объеме. Предприятие должно было выплатить более 1,8 миллиона долларов корейской компании за неисполнение договора.

Впрочем, Ростовский металлургический завод испытывал огромные трудности и давно начал процедуру банкротства. Практика этой весьма странной в России процедуры показывает, что компании начинают банкротиться исключительно с одной целью – не выплачивать свои долги перед третьими лицами. Выходит, что, подписывая контракт с корейцами, на РЭМЗе понимали, что не смогут выполнить свои обязательства и не вернут деньги.

Поделись с друзьями, расскажи знакомым:



Подборка новостей:

Отдохнем через год: Минтруд опубликовал список выходных 2019 года для ростовчан и жителей России
В центре Ростова водитель иномарки умер за рулем и спровоцировал массовое ДТП
Украл набор барда: в Ростовской области сотрудники полиции раскрыли квартирную кражу
Завышал тарифы: под Ростовом сотрудника штрафстоянки подозревают в мошенничестве
Пришла навестить ребенка в больнице: ростовчанка ограбила соседку по палате
Известный стилист раскритиковал обувь ростовчанки Виктории Лопыревой
ФК «Ростов» выиграл у латвийской «Риги»
В Новочеркасске в столкновении двух авто пострадал 20-летний водитель «Джили»